Rambler's Top100 Главная страница персонального сайта С.А.Кравченко      Центр предвосхищения

 Сергей Антонович Кравченко

ОРАКУЛ
    российский

Повесть

Оракул Российский повесть Сергея Антоновича Кравченко

Раскрывая нам настоящее, с точки 2020 года, автор показывает путь становления уникальной технологии предвидения и людей, которые способны предвидеть, платя за эту способность непомерно высокую цену. Сюжет балансирует на грани сознания и психической нормы, порой отражая процессы и события глубоких трансовых состояний. Читатель проникает в такие горизонты жизни, которые могут быть постигнуты лишь в глубокой медитации или в некоторых снах. Наряду с собственной судьбой, автор в психоаналитических образах и сценариях предвосхищает и судьбу страны на ближайшие двадцать лет (до 2028 года), подчеркивая зависимость перспектив от образов и чувств сегодняшнего дня.

Длина фраз в заголовках романа соответствует их силе и значимости во всем произведении в целом. 

 

Содержание:

Часть первая

Глава 1. Начало

1.1.1. В 2020-м году.
1.1.2. Первая ученица.
1.1.3. Мартышка на руках Марии.
1.1.4. Первый научный руководитель.

Глава 2. Развитие сюжета.

1.2.1. Тревожно видеть мир глазами другого.
1.2.2. В особой ситуации банкиры рефлексируют.
1.2.3. Гипноз возможен и эффективен при обучении.
1.2.4. Наши страхи скрыты в определениях перспектив.

Глава 3. Ради какого будущего?

1.3.1. Я так искал повсюду то, что оказалось во мне потом.
1.3.2. Навек пригвожденная к прошлому академия футурологов.
1.3.3. Наше яркое будущее так часто слепит нам глаза в настоящем.

Часть вторая.

Глава 1. Безопасность.

2.1.1. Дискуссия двух психотерапевтов об одном уникальном клиенте.
2.1.2. Участвовать однажды в развитии своей скульптурной личности.
2.1.3. Вечно скрытое лицо проявляется только в уникальной работе.

Глава 2. Зазеркалье.

2.2.1. Образы и желания других питают все наши галлюцинации.
2.2.2. Память предков оживает в настоящих чувствах и мыслях.
2.2.3. Самореализующееся пророчество от Джека Лондона.

Глава 3. Первый результат.

2.3.1. Преображенная Пифия выдает первое предвидение.
2.3.2. Обсуждение предвидения на группе экспертов.
2.3.3. Финансовый кризис в реакции профессора.

Часть третья.

Глава 1. Портрет.

3.1.1. Подруги Галины в мастерской.
3.1.2. Мой случай с Лианой.
3.1.3. Катарсис и талант.

Глава 2. Идея.

3.2.1. Лики Мирошко.
3.2.2. Россия и ее лидер.
3.2.3. Лица и перспективы.

Глава 3. Эпилог.

3.3.1. Видение профессора.
3.3.2. Создать центр смысла.
3.3.3. За мной приехали.

Итог в сухой научной форме.

Кравченко Сергей Антонович.

 

Часть первая

 

Глава 1. Начало

 

1.1.1. В 2020-м году.

 

Около громадного окна загородного дома, выходящего в молодой и просторный сад, стоят двое – я и мой старый знакомый Юрий Александрович. За окном облачный декабрь без снега и мороза. В доме же тепло и тихо, пахнет свежим деревом и воском. В центре комнаты – каменный двухметровый круглый очаг, где догорает полено, и над которым нависает прозрачный дымоход. Это место освещено ярче всего. В глубине комнаты, на широких полках стоят книги и несколько белых скульптурных портретов. Среди них – портрет и автора этого повествования.

Ближе к окну - письменный стол, и десяток кресел с подлокотниками полукругом теснятся вокруг него. На столе - включенный компьютер, где беззвучно пульсирует видеофорум, накапливая диалоги удаленных участников. Общие параметры дискуссии высвечиваются и на наручном мониторе, который оставлен на столе. Автоответчик знает обо мне все, в том числе - мои научные и художественные работы. Он самостоятельно  сочиняет ответы, в которых может быть использована информация из прошлого, но он лишен воображения, не обладает даром творчества, и ему запрещено что-либо прогнозировать о будущем. Я ношу внешний персональный чип, который обеспечивает мне доступ к огромным массивам памяти, как в Сети, так и в отдельных хранилищах данных, за что прослыл среди моих знакомых старомодным. Более продвинутые пользователи новых технологий вот уже несколько лет, как вживляют микрочипы прямо в мозг, или в другие части тела, тем самым, делая свою связь с Сетью непрерывной.

Этот просторный дом, в котором мы сейчас находимся, принадлежит международной научной организации, которую я возглавляю. Она выросла из Центра предвосхищения, в основании которого двенадцать лет тому назад я стоял. Наша организация развивает и совершенствует практику предвосхищения будущего, и на нашей базе ежемесячно проходят конференции и семинары.

Большой зал, в котором мы беседуем с Юрием Александровичем, занимает две трети первого этажа, и в нем легко умещается до тридцати человек. А в саду, когда летом собирается много народу, – все сто пятьдесят.  

Гости наших собраний, которые приезжают с Москвы и с других городов и стран, расселяются в соседних домах, что разбросаны на берегах местной речушки под названием Рожайка. Поселок, в котором мы находимся, достаточно беден, и  плата наших гостей за проживание составляет значительную часть дохода многих семей, живущих поблизости. Сейчас предновогоднее затишье. Дом пустует. Только я и, заехавший на пару дней, Юрий Александрович, ученый, внесший свой уникальный вклад в наше общее дело.

Идет видеозапись беседы.  

Автор вспоминает события так, словно подводит черту под прошлым, предчувствуя значительные перемены, и стараясь предвосхитить, то, что его ждет в ближайшем будущем.

 

1.1.2. Первая ученица.

 

Я под фонарем

Был мне тогда образ в полусне. Вижу себя на заснеженном поле, усыпанном небольшими холмиками. Свежий снег выпал ночью и накрыл землю ровным покрывалом. Я стою неподвижно один, словно черный столб, в каком-то рубище и с непокрытой головой. В глаза ударил прожектор с вышки, и я осознаю, что поле окружает колючая проволока, а на вышке – охрана. За фонарем советуются в полголоса. Возможно, решают, что со мной делать. Я стою неподвижно, без страха и надежд. Мне не холодно и нет чувства веса тела. Во мне уже нет почти никаких чувств. Только одно – есть чувство жизни, и ощущение ее вечности, чтобы не произошло. Холмики, что вокруг меня, я знаю, - это умершие и замерзшие длительной ночью люди. Они лежали, и их присыпал снег. Они больше не встанут. А я стою вопреки здравому смыслу. И вот пришло утро. Охрана решила проверить объект, включила фонарь и удивилась, слегка оробев от увиденного. Стоит один живой, и смотрит прямо в прожектор. И почему он это смеет делать?

Данный образ пришел не сам по себе и был мне понятен. Я знал его смыслы наперед, так как ждал ответа в трансовом состоянии на вопрос, который задал своему подсознанию: «Что меня ждет через десять лет?» Я тогда уже имел существенный опыт вхождения в измененные состояния сознания с помощью аутогенной тренировки.[1] И получив такой ответ, я, конечно, был в значительной степени охлажден в своем страстном намерении форсировать разработку технологии предвидения будущего. Да и особенных условий тогда для создания такой технологии не было. К тому времени я уже опубликовал две-три работы в Интернете, и имел ряд бесед на тему интуитивного предвидения будущего со своими знакомыми и коллегами по работе в академии.

Особенный ход развитию ситуации  придал случай, который произошел, как всегда у практикующих психологов, неожиданно. Позвонила женщина, и сказала, что хотела бы встретиться. Это была дама лет тридцати пяти. Она сообщила, что знает меня по рекомендациям, и что, благодаря моему сайту, дополнительно познакомилась со мной и моей практикой. Так что обо мне она знала много. О ней же я спросил только одно, что именно заставило ее обратиться ко мне? На что она ответила, что хотела бы изучить мою технологию предвидения будущего, и что уже имеет неплохой личный опыт предчувствий.  

Многие клиенты не всегда говорят сразу об основной причине обращения к психологу. Обычно вперед выставляется второстепенная проблема, и только потом, когда появляется доверие, может быть открыта основная причина. Вместе с этим мне было немного лестно, что моя технология предвидения замечена, и кто-то желает платить деньги за ее изучение.

Стояло теплое раннее лето, и мы договорились встретиться в Александровском саду. Бывают такие дни, когда в центре Москвы уютно. Временное кафе в старинном парке, под кремлевской стеной было вполне пригодным для первой консультации, и я периодически им пользовался.

Ее звали Галина. Она пришла точно в назначенное время. Это было часов в пять. Невысокого роста, подвижная и стройная, с усредненными чертами лица, за которыми пряталось еле уловимое страдание. Оно иногда появлялось на мгновение, особенно после улыбки, и тут же исчезало, закрываясь ровными выражениями лица, похожими на маски. Лицо ее казалось многоликим.

Я взял зеленый чай, она – кофе, и мы сели за дальний столик на легкие пластиковые стулья.

  - Ничего, если я закурю? - спросила она, и без манерностей, даже с какой-то жаждой втянула в себя дым.

Я тогда почувствовал, что изучать технологию предвидения ей возможно и хотелось, но далеко не в первую очередь. Так же было понятно, что основная проблема вскоре сама всплывет. Возможно и так, что основная проблема не выразилась еще в сознании до той степени, что о ней можно было говорить внятно. Потому чаще всего о ней молчат, или говорят о ее частях, следствиях, причинах, отдельных проявлениях, но охватить все сразу как проблему не могут.

Моя собеседница не знала с чего начать. Она украдкой поглядывала на меня, пускала дым вверх и готовила первую фразу. Я облегчил ей начало, спросив о ее опыте предвидеть будущее.

- Да, я предчувствую очень часто, когда кто-то из моих родственников заболевает. Даже если они находятся в другом городе. Через некоторое время звоню им, и узнаю, что они действительно больны, - проговорила она быстро.

- А что еще вы имеете в своем опыте относительно предвидения будущего? – спросил я, чтобы поддержать разговор.

- Мне иногда кажется, что я знаю наперед, кого встречу на улице, -   продолжила она задумчиво.

- Галина, знакомо ли вам чувство дежа-вю?

- О, да! Оно и сейчас у меня есть, - ответила она.

- Значит, наша встреча была вами предвидена, а теперь воспоминание о прежнем предвидении даем вам ощущение уже виденного, - сделал я заключение.

Она наклонила голову, помолчала, и слегка кивнула головой. Пауза длилась, и я не прерывал ее на этот раз. Был чай, и можно было им заполнить это неуютное молчание. Ей позвонили. Кому-то из хороших знакомых она назначила встречу через час в этом же саду, и я понял, что она все же желает поговорить о чем-то еще. Но к тому, о чем она все время думала,  мы так и не подошли в той встрече. Слегка театрально она рассказывала о себе, о своих родственниках, друзьях и знакомых. Вспомнила и о сыне, который сразу после школы почему-то пошел работать, о муже, который хороший инженер, но алкоголик, о подругах, с которыми обещала меня познакомить.

Собрав биографическую информацию о ней, я понят, что основная проблема подразумевается, и что она осознает, что я догадываюсь об этой основной проблеме. Таким образом, не произнеся ни слова о том, что ее тревожит, она все же рассказывала о себе так, словно все это должно мне поспособствовать в психотерапевтической работе. Что-то меня сдерживало от прямого вопроса. Возможно то, что она была все же приятным собеседником, а у меня было много свободного времени. Ее многоликое лицо и ровные белоснежные зубы, ясные серые с голубым оттенком глаза вызвали во мне какое-то привыкание. Только вот во время того, как она улыбалась, вновь и вновь проскальзывало мимолетное  выражение лица, которое я не мог ни чему уподобить. Это выражение было чем-то совершенно чуждым ее внешности. От него шла прохлада как из подвала. Оно напоминало краткий звук храпа во время тихой симфонической музыки, или чернильное пятно на видном месте белоснежной рубахи.

В заключение нашей встречи Галина сообщила, что ее приход на встречу со мной был согласован с ее руководством, и что она может рекомендовать меня для проведения семинара в их агентстве. Несколько дней тому назад, когда перед ее отделом встал вопрос планирования, они долго спорили о видении будущего их организации. Сошлись на том, что вопросу видения будущего нужно посвятить отдельный день и пригласить специалиста со стороны. Она уже знала обо мне, и даже собиралась со мной встретиться раньше, но по какому вопросу вновь ничего не сказала. Таким образом, отрекомендовав меня как специалиста по технологии предвидения будущего, она предложила руководству пригласить меня в их агентство для беседы.

Я дал добро, предвидя в ближайшее время интересную и денежную работу.

 

1.1.3. Мартышка на руках Марии.

 

Тем же вечером у меня была встреча с коллегой по центру предвосхищения[2] психотерапевтом Репиным. Он совмещал в себе художника и психиатра, имел свою психотерапевтическую мастерскую на южной окраине столицы, в Бутово, которая размещалась на первом этаже высотного здания рядом с метро. Именно мастерскую, а не что-либо иное, принятое в психотерапевтической практике, так как она была насыщена атрибутами художественной мастерской, в которой мог бы работать скульптор или живописец.

Обычно мы встречались у него в мастерской. Это уютное помещение, трехкомнатная квартира, переоборудованная под потребности практики психотерапевта. Основными методами его работы были методы маскотерапии, которые включают в себя работу с символами лица и тела.[3] В основном он создавал скульптурные портреты, синхронно расписывал лица театральным гримом, и во время этого процесса происходила основная психотерапия словом. У него были помощники. Но постоянно никто с ним не работал. Ученики, появляясь, исчезали. Среди клиентов у него иногда были люди с большими деньгами и персональными водителями. Так что он в то время не бедствовал.

Репин любил изысканно выпить. Предпочитал дорогой коньяк, который у него не переводился. Иногда приглашал меня в гости просто так, на рюмочку коньяка, который у него «вдруг появлялся», и он не хотел его пить в одиночку. Он обзванивал друзей, считая, что у него есть повод встретиться. На этот раз, когда он позвонил, я тоже было подумал, что у него невзначай появился хороший коньяк. Но он про коньяк ничего на этот раз не сказал, и было ясно, что что-то произошло. Тем более он предложил встретиться на нейтральной территории. Встреча не получилась по какой-то причине, сейчас не упомню, и он рассказал мне все по телефону.

 

Матерь божья с мартышкой

 

- Сергей Антонович, ты же знаешь, что я веду дневники, куда иногда записываю и свои сновидения, - начал Репин. - В 1995 году снился мне сон, который я записал, и даже немного о нем уж подзабыл. Но на днях, после беседы с Мирошко, моим бывшим учеником, который сейчас бредит идеей лица России, я вспомнил об этом сне и разыскал его. Суть его в следующем: вижу я, что нахожусь в центральной части храма Василия Блаженного, который на Красной площади, и в котором раньше я никогда не бывал. В храме полумрак, и справа от меня небольшая группа людей ожидает выхода священника. Среди них молодая женщина в светлой одежде эпохи зарождения христианства. Она держит на руках младенца, но я не вижу их лиц. Слева из-за иконостаса выходит священник с большой темной бородой, рослый, худощавый и в короткой рясе выше колен, с голыми ногами. Его одежда, словно накидка из шкур, внизу свисает неровным краем. Возможно, это Иоанн Креститель[4]. Он смотрит с вожделением и предвосхищением чего-то уникального на женщину с младенцем. Она поворачивается в мою сторону, и я вижу ее божественно прекрасное лицо. Я понимаю, что это Матерь Божья. И тут же замечаю, что на руках вместо младенца она держит детеныша мартышки. Я в замешательстве! Но почему-то только я. По мне словно ток прошел, а в глубине души все замерло.

- Да …, - только и мог я тогда сказать. А он продолжал.

- Теперь, приходит Мирошко, который сейчас носится с идеей создания лица России. Словно она, по его мнению, лицо давно потеряла, не имеет того своего лица, которое имела в прошлом. Россия обезличенна, по его мнению. С этим можно частично только согласиться. Но, главное, он ищет корни этой обезличенности и собирает факты, доказывающие его гипотезу.

- Лицо страны, лицо государства …, - проговорил я, размышляя.

- Да, именно так. И не меньше, - подтвердил Репин. – Я уже лет тридцать занимаюсь маскотерапией, и работаю с лицами своих клиентов, но додуматься до такого ни разу не смог. Помочь найти лицо человеку, закрепить найденное и утвердить в жизни – это задача, которую я, как мне казалось раньше, решаю достаточно успешно. Я задумывался над лицом семьи, группы людей, и иногда в своей практике пытался решать проблему коррекции уродливого семейного лица, чтобы через такую работу изменить среду жизни клиента. Чаще всего такая работа одному непосильна. Когда же привлекал помощников, то организовать работу с семьей, члены которой считают себя вполне достаточными людьми, просто невозможно. Мирошко же размышляет над проектом воссоздания лица России. Но суть в следующем. Когда мы с ним немного поспорили, я вдруг вспомнил свой сон, который видел более десяти лет тому.

- Он как-то связан с идеей Мирошко? - спросил я.

- Да! Именно так! – восторженно заявил он. - Матерь Божья есть в самом сердце России, но только кто-то подменил ей сына  младенца на детеныша мартышки. Видимо, Он где-то есть и развивается, потому творческая сила жизни будет присутствовать в России в скрытом виде, а подражание на десятилетия станет официальной государственной идеологией и стилем поведения власти. У подражающего  человека собственного лица нет. Когда истинный Сын займет свой престол, и будет ли это когда-либо? Люди, которые стоят рядом с Матерью Божьей, или не видят явного, так как слепы, или делают вид, что не видят подмены. Видит ли она то, что держит на своих руках, или делает это ради какой-то высшей цели? Иоанн Предтеча жаждет событий, дабы исполнить свою миссию, но неужели тот, кто призван увидеть среди множества тысяч Одного, не видит подмены младенца?  И тот ли это Иоанн? Зрячие, восхищены красотой Матери, и одновременно находятся в замешательстве от незаурядности наблюдаемых событий. У них нет опыта, плана и решительности что-либо изменить. Видимо, должно пройти лет тридцать, чтобы произошло осознание, чтобы созрели мысли, и появилась решительность что-либо предпринять для исправления ситуации. Это может наступить в 2025 году. Творческая сила, родившаяся в середине 90-х годов, достигнет своей зрелости. Не заметить ее будет невозможно. Без особых усилий и благодаря ряду событий ее увидят все и признают за ней царственную роль. Только бы не распяли.

Он также вспомнил, что еще в университете, в начале 90-х, у них был студент, похожий на пророка. И он же выдал еще тогда свое пророчество, что нашей психологии предстоит сыграть роль Иоанна Предтечи в истории России. Если во сне Иоанн – это наша современная психология, но она без цели на совершенствование страны. Она принимает все, что ей дают.  

Репин еще много тогда говорил, но ясно было одно, он, сам того не желая, увлекся идеей Мирошко. Он увидел в своем старом сне пророческие мотивы, которые ему стали доказательством правоты его ученика – в России балом правит подражание, и нет прежней уникальной новизны и неповторимости, как в мыслях, так и в делах. Если же основой поведения человека является подражание, то личность есть - часть толпы, и не более того. Она не имеет своего лица. Перенося этот вывод на государство, Репину следовало согласиться со своим учеником.

Его сильно будоражила не столько сама мысль о государстве без лица, сложность и даже невыполнимость задачи, которая в связи с этим вставала, а то, что из этого вытекало. Могут ли быть в обезличенном государстве люди с лицами? Данная мысль ставила под сомнение его личное душевное благополучие и силу его личности. Если же обычный человек мог об этом не задумываться, отмахнувшись от данных мудрствований, то он этого себе не мог позволить. Видимо, он и раньше не додумывал эту мысль до конца, хотя чувствовал ее где-то в своей душе. Теперь же она стояла перед его сознанием вполне определенно и ясно. Что было с ней делать? Он представил себе множество своих коллег по цеху, которые сами, не имея лиц, пытаются помочь таким же согражданам в их поиске. Слепые ведут слепых, и все падают в яму.

Беседу мы тогда прервали достойно. Как два истинных психотерапевта, сошлись на том, что возможно наши мысли не верны, и что их следует помыслить более качественно и в более широком кругу.

 

1.1.4. Первый научный руководитель.

 

- С тех пор много воды утекло, - сказал Юрий Александрович, глядя в окно на голые яблони сада. – Вон уж скоро двадцать первый год наступит, и, видимо, как обычно без снега.

- Удивительная вещь эта газонная трава, до декабря зеленая, какая стойкость, - поддержал я разговор о настоящем, подходя к большому окну с низким подоконником, за которым был яблоневый сад с зеленым газоном.

- Насколько мне помнится, вы тогда работали над первой диссертацией, - вернулся в прошлое Юрий Александрович. – И она должна была заложить основы технологии предвидения будущего. Что мешало вам тогда, и понимали ли вы, что можете отстать в своих разработках от зарубежных ученых?

- Вполне понимал. Мало того, я предвидел, что китайские специалисты в более благоприятной ситуации, - ответил я.

- Вот как? Вы мне об этом не рассказывали, - неискренне удивился Юрий Александрович, садясь в кресло.

– Они всегда были погружены в ментальность такой культуры, которая пронизана духом Книги Перемен, И-цзин.[5]  К этому прибавилась живая практика оракулов Тибета,[6] имевших тогда государственный статус. Им не надо было менять среду, в которой они творили. Все вокруг них было пропитано предвестниками будущего, только научись собирать и обобщать. Как только я проникся темой технологии интуитивного предвидения будущего, вероятная перспектива ее создания  предстала предо мной в виде двух развернутых сценариев. В первом, я тащил большую яхту словно бурлак. Но яхту я тащил по льду. Вернее, я шел по льду, а яхта плыла, рассекая лед. На ней сидели улыбающиеся люди, которых я не знаю. Я также видел, что буду рассказывать в будущем кому-то об этой тяжелой работе, и радоваться тому, что я ее сделал. Сценарий сновидения говорил мне, что я продвину технологию предвидения, и потом буду говорить о невероятном усилии в прошлом.

Я с яхтой

- Настоящая беседа и есть исполнение того предвидения? – спросил Юрий Александрович.

- Вероятно, что да. Но был и другой сценарий, предвосхищающий будущее мира, и непосредственно вариант технологии предвидения XE "предвидение" , где я увидел возникновение технологии в Китае как военной технологии, технологии воинствующей, технологии, которую уже сложно перевоспитать, так как она изначально возникла воином. Почему в Китае? Их отношения к будущему было всегда иным, нежели в России, или других странах запада. Феномены отдельных провидцев, таких, например, как Нострадамус, Авель, Ванга, Кейси, Мессинг, тогда находились за пределами научного мышления. Если бы мы хотели выйти в лидеры по разработке технологии предвидения, то мы должны были бы развивать направление, заданное той моей первой монографией по взаимодействию со временем.[7]

- В самом начале своих разработок вы имели научное руководство? – спросил Юрий Александрович, доставая курительную трубку.

- Да, вы правы, следует об этом вспомнить, - продолжал я. - Яркой иллюстрацией отношения научной среды к теме предвидения будущего могут стать мои отношения с первым научным руководителем. Он был человеком хорошим. Вместе с этим, когда я раскрыл ему свою идею предвидения будущего в измененных состояниях сознания, он,  после короткой паузы, сразу же сделал попытку поменять мое отношение к теме. Вначале его внешность была пропитана самоуверенностью, всезнанием и убежденностью, что я занят глупыми  мыслями. Он, видимо, был уверен, что сможет легко меня склонить на свою сторону. Потом, когда убедился в моей непреклонности, стал говорить, что тема очень необычна, что нет научной базы, что можно данной работой похоронить свой авторитет ученого в самом начале карьеры. Потом сошел на то, что тему могут сделать закрытой, а защита работ в таком режиме очень хлопотное дело. Я же убеждал его, что тема стоит того. В одно мгновение он даже допустил образ в свое сознание, что мы выносим тему на ученый совет. На его лице читалось, что он уже представил себя вместе со мной в гуще научных споров, где есть как минимум два сильно встревоженных лагеря: противников и сторонников темы. Но после очередной паузы он все же попросил меня подумать. И только после того, как я положил на стол перед ним четыреста долларов за будущие первые его рецензии на мою работу, он дал добро. Дальше его участие заключалось в том, что он раз в месяц читал написанное мною и делал пометки общего плана. Когда же деньги и время вышли, наши отношения прекратились как-то сами по себе. Мы оба, видимо, понимали, что тема предвидения нас не объединяет.

- А не приходилось ли вам замечать, что в науке нужна смелость, как и в любом другом деле? – спросил Юрий Александрович, доставая трубочный табак, что он всегда делал медленно и с чувством достоинства. – В науке ведь помимо объема мозгов, то есть мыслей, необходимо еще сметь мыслить то, что выходит за пределы чего-то, молча кем-то дозволенного. Никто это дозволение и не создает, оно как-то само появляется, и все знают, что научное сообщество может принять, а чего нет. Более того, большинство ученых мыслят то, что наперед известно всем и будет гарантированно принято, что не вызовет особенного возражения, удивления, восхищения или зависти.

- Да! – поддержал его я. – Мысль о новом не может состояться без необходимого на то мужества, так как новое разрушает пусть и кажущуюся, но стабильность мира. Потому научное сообщество, стремящееся быть цельным, всеми силами старается не выходить за рамки традиционного мышления. А если и делаются открытия, то эти открытия тоже в рамках принятых границ. И потому после защиты таких диссертаций или публикации книг все спокойно и чинно говорят о значимости темы, подвиге ученого и его заслугах перед наукой, благодаря проделанной работе. А потом пьют за это и закусывают. Данная процедура постоянно поддерживает их значимость в их же собственных глазах. Когда же они остаются одни, или в узком кругу друзей глушат водку, понимая ничтожность собственной жизни, то остается их только пожалеть. Пожалеть можно и меня, так как недостаток мужества я в себе тогда тоже наблюдал.

- Ну, вы к себе слишком критичны, Сергей Антонович, - возразил Юрий Александрович, закуривая трубку.

- Нисколько нет. Ели бы я тогда сделал все возможное, то сегодня, вероятнее всего, я был бы не здесь, а там, где мне подсказывало мое чувство будущего, с которого мы и начали наш разговор.

- Возможно, это и хорошо. Возможно, это была мудрость с вашей стороны, - подхватил Юрий Александрович, раскурив свою трубку, и по комнате начал расходиться запах его табака.

Вечерело. Пора было что-то перекусить. Достали вино, рыбу, фрукты и орехи. Наручная почта выдавала избыточную активность в сети. Я видел на дисплее общее количество дискуссий, которые поддерживал мой автоответчик. Цвета индикаторов говорили, что значительная часть из них носила деструктивный характер, и можно было предположить, что назревает что-то для меня не вполне традиционное. То, что может нарушить равномерный ритм  моей жизни последних лет. Той жизни, в которой было место завершения работы по созданию национальной технологии предвидения будущего. Жизни, в которой уже несколько лет не реже раза в месяц собирались ученые и политики со всего мира. Но в связи с тем, что мне совершенно не хотелось ввязываться в сеть, которая иногда поддается нашему влиянию, тем самым, изменяя наше будущее, я сказал себе, что я беседую со старым другом, и сегодня сеть поживет без моего участия.

Одновременно с этим я чувствовал потребность обобщить прожитое в последние двенадцать лет, и начавшийся разговор о прошлом, должен был состояться именно сейчас, так как именно сегодня происходит что-то важное, что-то такое, после которого начинается новая жизнь. Начать же правильно что-то новое мне хотелось только после подведения черты под старым.

 

Глава 2. Развитие сюжета

 

1.2.1. Тревожно видеть мир глазами другого. 

 

«Не я смотрю изнутри своими глазами на мир, а я смотрю на себя глазами мира, чужими глазами; я одержим другим. <> Избыток другого. У меня нет точки зрения на себя извне, у меня нет подхода к своему собственному внутреннему образу. Из моих глаз глядят чужие глаза».

Бахтин М. М. Человек у зеркала.

 

Галина позвонила мне через неделю. Я ждал ее звонка гораздо раньше.

Она сказала, что болеет душевно, и попросила приехать к ней домой. Я согласился ее навестить, прихватив компьютер с психодиагностическими методиками.

При встрече я сразу заметил, что ее многоликость теперь была иной. Доминировало то, что скрывалось раньше. Страдание было в ее лице подавляющим. Особенно об этом говорили глаза с приспущенными внешними краями век. Тех правильных масок, которые искусно и попеременно выставлялись прошлый раз, почти не осталось.

- Я заметила за собой то, что я смотрю на мир вашими глазами, - сказала Галина, глядя сквозь меня, уже в первых фразах нашего разговора. – Это меня очень тревожит, так как я сама куда-то деваюсь в этом случае. Меня как будто нет. Даже ощущение тела словно отсутствует. Что это? Как это понять?

Подобный тон беседы, без какого-либо наигрыша, бывает крайне редко, и он свидетельствовал о ее серьезном намерении что-то предпринять, чтобы хоть как-то облегчить свое состояние. В лице уже отразились неуловимые мученические мотивы. В каких именно частях лица они были, сложно сказать. Вернее будет так, что когда в нас нет ничего наносного, то проявляется что-то значимое и уникальное, истинное и неподкупно личностное, искреннее и, чаще всего, прекрасное.

- А как обстоят дела с вашим мужем? – задал я вопрос.

- Я об этом не задумывалась. Вероятно, это произошло давно и незаметно для меня, - отвечала она не совсем последовательно. – Теперь мне понятно, что я была им, а он - мной. Потому, видимо, и пил постоянно, чтобы отстраниться, поставить барьер, границу между нами, так как это вызывало отвращение у меня. Его жестокость тоже нас разрывала и уединяла. Я не могла быть одной без него. Как это было и в детстве, когда от меня требовали быть самостоятельной. Я не могла остаться одна без страха. Но я закрываюсь одна сейчас, чтобы стать самой собой.

Как оказалось, созависимость[8] от мужа-алкоголика у нее была всегда. Теперь получалось, по ее умозаключению, что такая же, а может и большая созависимость возникает от психолога.

Я предложил ей пройти психодиагностику, если она имеет силы отвечать на полтысячи вопросов. Чаще всего, даже совершенно измотанные душевным недугом люди могут более часа отвечать на вопросы, которые касаются непосредственно их переживаний. Галина не была исключением.

Наблюдая ее в профиль, когда она сидела над вопросником, я открывал в ней что-то совершенно далекое от того, что видел прежде, беседуя лицом к лицу. Новые грани этой личности меня и в дальнейшем не переставали удивлять. Порой казалось, что она изменялась всегда, и была мало предсказуема.

В результатах психодиагностики доминировали шкалы депрессии (субъективной депрессии, морального дискомфорта) и истерии (склонность к невротическим реакциям в которых используются симптомы физического заболевания в качестве средства разрешения сложных ситуаций).

Я рассказал ей о Репине, о его уникальных методах и о нем самом. Сошлись на том, что она пройдет у него курс маскотерапии. Тем более что поддержка моих учеников методами маскотерапии планировалась и раньше. При первой встрече я о технике безопасности в своей технологии предвидения не упомянул. Теперь же пришлось рассказать о тех сложностях, которые могут быть при вхождении в измененные состояния сознания. О самой большой проблеме – потере лица, видимо, ей уже было известно, и она искала выход из лабиринтов, не понимая, что в них находится.

От намерения изучать предвидение она не отказалась. И даже попросила первые уроки.

- Первый урок заключается в поиске своего настоящего лица, - сказал я. - В противном случае вы всегда будете не только теряться в лицах и чувствах других людей, но и будете терять себя в любую минут, что будет выражаться в резкой смене настроений, в неадекватности чувств, в ощущении видения мира  чужими глазами, приводящем к повышенной истощаемости.

Она понимала все сразу. Было ощущение, что мне и говорить то много не надо было. Достаточно было мыслит, и только что-то проговаривать. Она не просто слушала, а впитывала все, что мной высказывалось, выражалось в жестах, чувствах, в недосказанных мыслях. Она перевоплощалась в меня и была уже мной. Я это тогда почувствовал, но осознать до конца ее уникальную способность мне пришлось позже.

- Именно благодаря вашей способности к перевоплощению, которое многим знакомо по сценическому перевоплощению,[9] - продолжал я, - вы имеете возможность приобщиться к тайнам памяти другого человека и к его перспективам. Эта природная способность стала частью вашей созависимости.  Другого вы делали собой, частью себя, что создавало условия недопустимости расставания с этим другим, человеком или вещью.

- Это же давало мне понимание другого, - неопределенно возразила Галина.

- При сохранении такого понимания других людей или вещей в мире, следует, дополнительно к этому, осознавать свою сердцевину в себе, и научиться отказываться от всего привнесенного ради очищения себя, ради познания себя, ради приобщения к своему, к самости.

Она смотрела на меня меняющимся взглядом, то улыбаясь с восхищением, то изгибая губы в кислой складке.

В проходной комнате, где мы беседовали, появился ее сын. Он вышел из двери, которая была все это время закрытой. Худощавый, сутуловатый с курчавыми короткими волосами парень. Поздоровавшись, он прошел мимо нас на кухню, оставив за собой открытую дверь.

Мне вдруг стало ясно, что вместе со всеми прочими наблюдениями за Галиной, я упустил в ней еще что-то связанное с материнством. Мало того, черты и чувства матери главенствовали над всем остальными. Но это ее материнство  казалось каким-то покалеченным. И причины этого уродства находились даже не в ее детстве, а, как потом оказалось, еще в жизни ее матери. Ею же  было все впитано и привнесено в свою семью. Если кто-то думает, что изуродованная душа ходит только с ее обладателем, то он ошибается. Такие раны несут дальше не толь дети или внуки, но и многие другие близкие люди, кто хотя бы раз близко прикоснулся к покалеченной материнской душе.

С Репиным я договорился в то же вечер.

Он не проявил особой радости, так как, предполагалось, что оплачивать работу пока некому. Знал бы он тогда, во что это все ему выльется.

Привыкание, которое я почувствовал к Галине со второй встречи, и которое развивалось с каждой последующей, было необычным для меня явлением. Казалось, что она для меня что-то такое, что не столь уж и заметно на первый взгляд, но что есть очень существенно для меня,[10] что есть для меня как мать-вселенная, мать-божество. Я сразу же вспомнил описание подобного состояния у Рождерса,[11] которое он испытал в начале своей психотерапевтической практики, и от которого, как от заражения, он смог избавиться только с помощью своих коллег по цеху через полтора года. Данное состояние заражения другой личностью, перевоплощения в ее проблемы, чувства и мысли может произойти с каждым психотерапевтом, практикующим метод Роджерса.

Так как мне никогда ничего подобного не было свойственно, то я над этим особенно задумался. Ответ пришел не сразу. Моя привязанность к Галине была не чем иным, как отражением ее привязанности ко мне. Это и была та созависимость, которая была ее крестом, и от которой она страдала, и которую я пережил благодаря ней. Это были ее чувства ко мне, а в дальнейшем – к Репину. Я, конечно же, не стал делиться с ним своими наблюдениями над чувствами, оставив ему испытать их в чистом виде. Он должен был их пережить, и что-то с ними сделать по-своему, сублимировав их, возможно, во что-то другое.

 

1.2.2. В особой ситуации банкиры рефлексируют.

 

Через несколько дней Галина организовала мне встречу с руководителем своей организации. Он лично представился практикующим банкиром, давая тем самым понять, что есть и другие банкиры, и что они менее ценны, чем практикующие. Рядом с ним был его консультант.

- Доктор психологических наук Левский, - отчеканил тот, и немного придержал мою руку при рукопожатии, внимательно глядя прямо в глаза, видимо считая себя истинным исследователем и экспериментатором, ожидая, при этом каких-либо откровенных реакций с моей стороны.[12]

- Реакций не будет, - дружески улыбаясь, ответил я. – Обо мне вы все знаете. Потому предлагаю приступить к конкретным вопросам.

- Да, да, конечно, - скороговоркой вклинился между нами банкир. – Присаживайтесь, у нас мало времени, а решить мы должны нетривиальную задачу, что вызывает, лично у меня какое-то непонятное волнение.

Банкир на каждом шагу как-то немного приседал во время движения, и слегка был наклонен вперед, словно торопился быть лицом ближе к тому месту, куда шел. Плюс к этому он все время рефлексировал.[13] Рефлексирующий банкир, как потом оказалось, – был результатом работы с профессора психологии.

Данный профессор принадлежал к той категории людей, которые идеально могут себя продать, вне зависимости от того, какие они специалисты. Со временем их способность к самопрезентации перерастает в главную работу, но они по-прежнему сохраняют немного любопытства к современной науке, чем и ограничивается их научный поиск. Как потом выяснилось, по основному образованию он был инженером и математиком, а после защиты диссертации по инженерной психологии перешел в психологи, потом - в психологи-консультанты. Увидел однажды, что технология интуитивного предвидения будущего имеет завораживающий эффект на тех, кто в нее верил, поинтересовался и этим. Он что-то обо мне слышал, и хотел узнать из первых уст побольше, одновременно скрываясь за маской критика.

Галина незаметно для нас вышла с кабинета.

Банкир начал разговор, а потом из него выпал, так как профессор перехватил инициативу. По всей видимости, тема профессора больше интересовала, чем банкира. Банкир был ведомым, как потом выяснилось.

Мы активно обсуждали эффективность и надежность технологии предвидения. Ее научную обоснованность и условия применимости. Беседа шла без отвлечений. Кабинет был так организован, что казалось больше нет ничего важного в нем, что могло бы нас отвлечь. Не было звонков, напитков и сигарет.

- Почему же вы не разбогатеете сами на биржевых торгах, например, а заняты обучением? – язвительно спросил профессор.

- Вопрос знакомый, - ответил я, - и не достаточно точен.

- Почему же? – настаивал он.

- Во-первых, потому, что я не предлагаю вам технология по совершенствованию в  финансовых спекуляциях, а во-вторых, технология находится на этапе апробации, - ответил я.

- Вы хотите на нас ставить эксперименты? – вклинился в разговор банкир. – Ваша откровенность вызывает у меня некоторое удивление.

- Нет! Это не эксперимент, - отреагировал я, повернувшись к нему. -  В данной сфере научной деятельности эксперимент не применим. Каждое предвидение уникально и неповторимо, как произведение искусства, или удачная охота. Например, трагическая случайность с кем-либо из вас может произойти только однажды в жизни, и у нас нет возможности на эксперимент.

В это мгновение банкир слегка вздрогнул, его глаза стали более выразительны, а профессор сразу сбросил со своего лица немного самодовольства.

- Случайные трагедии среди банкиров нашей страны давно не случайны для многих, - более низким голосом, чем обычно проговорил профессор.

Банкир молчал. Повисла пауза. Я подумал о чае. Никто не курил. В кабинете окна выходили в закрытый дворик, и их наполовину прикрывали жалюзи. Солнце спряталось за соседнее здание и стало сумрачно. На столе автоматически зажглись лампы.

Я правдиво изложил суть дела. Технология находилась на этапе становления и проверки. Нужна была практическая апробация. Если данное агентство благодаря моему обучению подготовит группу своих  людей для перспективного мышления относительно своей же выгоды, то такая организация делает свое будущее более проницаемым и предсказуемым, а свое существование более конкурентностпособным.

Видно было, что банкира, помимо предвидения перспективы агентства, более интересует проблема его личных перспектив, проблема будущего его жизни, в том числе и вероятные случайные события.  Видимо это и было основным козырем у Галины, когда она рекомендовала пригласить именно меня на встречу.

- Предвидение личного будущего руководителя коллектива, где работают эксперты по предвидению, есть неотъемлемая их функция, так как их интересы непосредственно связаны с организацией, - продолжал я. - И если непосредственному руководителю что-то грозит в перспективе, то эксперт сможет это воспринять накануне. По нашим данным, предвосхищение личной перспективы руководства компании возможно за полгода до наступления основных событий.

После этой фразы банкир оживился, и начал задавать уточняющие вопросы. Есть ли у меня примеры? Насколько дней, недель или месяцев возможно опережение в технологии предвидения будущего по другим вопросам? Как быть с конфиденциальностью информации, которую предчувствует эксперт?

- Образные сценарии, которые становятся доступными отдельному специалисту, в дальнейшем должны пройти дополнительное экспертное исследование, где будет более точно определена его смысловая насыщенность и ценность, - продолжал я свои объяснения.

- Кто может участвовать в ваших первоначальных семинарах? – уточнил профессор.

- Желательно пригласить на семинар тех людей из вашей компании, кто уже имеет опыт интуитивного предвидения будущего во сне, или как-либо иначе. Такие люди чаще всего находятся среди тех, кто левша и у него доминирует правое полушарие мозга. Они склонны к образному мышлению и увлекаются искусством. Некоторые из них имеют значительный опыт переживания измененных состояний сознания с помощью творчества, спорта или наркотиков и галлюциногенов.

- Ну, вы загнули, уважаемый, - возмутился профессор. – В нашей компании нет наркоманов!

- Я бы не был столь категоричным, - возразил я.

- Я тоже, - согласился банкир. – В наших курилках иногда появляется сладковато-приторный запашок, который мне знаком по азиатским путешествиям. И я об этом давно думаю, но поговорить как-то было все время не с кем и не кстати.

- Опыт измененных состояний сознания может быть знаком вашим сотрудникам и благодаря наркозу, клинической смерти, или сильным отравлениям, продолжал я. – Желательно пригласить для занятий в группе кого-то из близких родственников или друзей, кто смог бы с первых своих удачных предвидений сразу зацепить сюжеты и с вашим будущим, – сказал я, взглянув на банкира. – Вместе с этим, хочу повториться, все приглашенные должны иметь, пусть и незначительный, интуитивный опыт предвидения будущего.

- Да вы хотите сделать из обычных людей святых, пророков? – почему-то сорвался на восклицание профессор.

- Да, именно, пророков, - ответил я. – Но только не в том грандиозном библейском смысле, а в современном, бытийном, практичном и уникальном смысле слова.

- Но обычный человек этого не может сделать! – продолжал профессор.

- Человек может все, если знает зачем и как! – отвечал я. – Препятствия будут преодолеваться с помощью психоанализа или более радикальных методов психотерапии. Вы, - спросил я, глядя на профессора, - можете отобрать в коллективе полтора десятка таких людей?

- Они должны быть к этому не только предрасположены, но и как-то мотивированы, - вновь вклинился в разговор банкир, пока профессор замялся  с ответом.

- Да, точно в десятку! – согласился я. – Если принципиально мы договорились, то следует уточнить правила отбора кандидатов на участие в группе. Я берусь за три-четыре месяца подготовить специалистов по предвидению будущего с помощью ИСС-технологии.

- Сколько стоят ваши услуги? – спросил профессор.

- Тысяча рублей в час, если я работаю с группой, и тысяча, если консультирую индивидуально. Желательно, чтобы группа занималась дважды в неделю по пару часов. Дополнительно к этому люди дома будут выполнять упражнения самостоятельно. Так же у них должно быть право на три часа в неделю для консультаций.

- Таким образом, стоимость ваших услуг может превысить зарплату начальника отдела? – спокойно предположил профессор.

Я молчал.

- Окей, - отчетливо вырвалось у банкира, - я чувствую, что из всего этого, что-то может получиться. Если вы беретесь отобрать в течение недели группу, - он посмотрел на профессора, - то мы приступаем через неделю. Договор подготовят, зал для занятий можно осмотреть сейчас.

 

1.2.3. Гипноз возможен и эффективен при обучении        

 

В зале, вокруг овального стола собралось избранное сообщество, лица особо приближенные и доверенные, которые уже что-то знали или догадывались о моей технологии. Было человек пятнадцать, и среди них присутствовал уже знакомый мне профессор, рядом с ним сидели полный мужчина из семьи банкира и сам банкир.

Галина с кем-то принесла экран и активно мне помогала организовать презентацию материала.

Мебель в агентстве была старая дубовая, с кожаными сиденьями. Ее, видимо, получили в наследство от какой-то бывшей государственной организации, которая в свое время реформировалась и исчезла бесследно.

Когда на экране показался первый слайд, народ притих. Меня представили и я начал.

- Уважаемые коллеги! Сегодня нам предстоит познакомиться с технологией предвидения будущего с помощью измененных состояний сознания, или ИСС-технологией предвидения.

Я рассказал предысторию и перешел к особым требованиям, которые предъявляла моя технология к практикующим ее людям.

- В первую очередь, чтобы обострить восприятие мира, необходимо перейти на вегетарианскую диету, - произнес я, и сделал паузу.

- Этого мы, кажется, не обсуждали, - в полголоса сказал профессор, поглядывая на родственника банкира.

- Да, но вместе с этим, это именно так, - ответил я. – Столь незначительное усилие, я думаю, многим здесь сидящим не будет столь уж затруднительным.

Народ зашевелился. Полный мужчина, приходящийся банкиру родственником, спросил что-то тихо у профессора.

- А без вегетарианства никак нельзя? – сразу спросил у меня профессор.

- Можно, но при таких условиях я не гарантирую существенных сдвигов в вашем познании сферы измененных состояний сознания, где именно мы и собираемся искать предвестники будущего.

- Что значит предвестники будущего, - спросил банкир. – Эти слова странным образом вызывают у меня ассоциации с чем-то живым и неуловимым.

- Именно так, - продолжил я. – Система, которую нам приходится исследовать при ИСС-технологии предвидения, не только соразмерна нашему интеллекту, но превосходит его по своей сложности на много порядков. Задача исследователя подчинить свое тело с помощью диеты и аутогенной тренировки так, чтобы оно перестало вообще давать о себе знать.

- Как это понять, - спросила слегка неискренним тоном Галина. – Расшифруйте свое высказывание, пожалуйста.

Она понимала, что я хотел сказать, но, видимо, одновременно знала и видела, что многим в зале это непонятно. В поддержку ее просьбы закивало несколько голов.

- Вторым требованием, - продолжил я, - или условием эффективного освоения технологии предвидения является не только изучение аутогенной тренировки, дающей контроль над своим телом, но и постоянная и многолетняя ее практика.

Кто-то почесал затылок, кто-то глаза. Народ переглянулся и обменялся репликами. Я немного выждал и вкратце описал возможности человека, применяющего аутогенную тренировку. Многим было в новинку то, что данная техника психологической саморегуляции помогает не только расслабить мышцы и успокоить дыхание и сердцебиение, но и научиться регулировать эмоции и мысли.

- Если более близко и понятно представить состояние человека в аутогенном погружении, то это будет приблизительно так, - представлял я, раскрыв перед аудиторией обе ладони. – Успокоившись, и расслабив тело, мы вызывает сначала в руках, потом в ногах и во всем теле чувство тяжести, а потом – тепла. Когда по всему телу разливается тепло, и вы совершенно успокаиваетесь, начинается регулировка дыхания, в результате которой ваше дыхание становиться спокойным и ровным. Далее происходит развитие ощущения тепла в области солнечного сплетения, а за ним - регулировка сердцебиения. Когда ваше сердце начинает биться спокойно и ровно, вы переходите к вызыванию чувства прохлады в области лба. Это легко сделать, если оставить в комнате приоткрытым окно и прислушаться, как прохладный воздух слегка овевает ваш лоб.

Люди затихли, и было заметно, что они переключилась на внутренние ощущения. Некоторые уже начали представлять и чувствовать то, что я говорю. Это было видно по их умиротворенным лицам.

- Когда в теле наступает полный покой, тепло и аутогенное погружение реализуется в совершенстве, то тело становится все легче и легче, - продолжал я, понимая, что ввожу всех в состояние транса. – На этом этапе мы начинаем осознавать, что тело нас совершенно не беспокоит, его почти нет. Только легкая пульсация незначительных телесных ощущений. Только поток сознания, мысли, чувства и образы, разнообразные движущиеся образы. Они сменяют друг друга потоком, без нашего на то соизволения и участия, они словно незваные существа, пришедшие из ниоткуда и уходящие в никуда.

Полный родственник банкира прикрыл глаза, опустил голову, и было заметно его равномерное дыхание.

- Когда мы остались со своим сознанием наедине, и тело нам совершенно в этом не мешает, - продолжил я, замечая, что банкир тоже с усилием сдерживает свои прикрывающиеся веки, - то как раз пришло то время, когда пора заняться именно им, нашим потоком сознания. В первую очередь обратим внимание на то, что сознание чем-то всегда наполнено. В нем всегда происходят какие-то события. Задача - все это остановить. Не применяя особых усилий, с минимальной волей мы пытаемся пробиться сквозь массу образов к чистому небесному свету. Он где-то вверху, этот свет, между заслоняющими его образами. Когда вам это удается, вы стараетесь удержать в своем сознании эту чистую небесную лазурь. Ваше сознание в это время становится чистым, а в душе наступает мир. Нет ни мыслей, ни чувств. Есть только чистота и покой.

- Сергей Антонович, - громко произнес мое имя профессор, - вы гипнотизируете аудиторию!

Многие вздрогнули, и кое-кто открыл глаза.

- В какой-то степени да, - согласился я, сменив монотонность на разговорный стиль. – И я это делаю сознательно по двум причинам. Во-первых, потому, что хочу дать многим возможность пережить опыт аутогенного погружения, который они вскоре смогут развить с помощью собственных усилий, и, во-вторых, я это делаю здесь потому, что вы здесь, и можете объективно оценить происходящее как психолог.

- А вы знаете, - встрепенулся полный родственник банкира, и заговорил тихим, простым голосом, - я действительно видел чистую небесную лазурь, и ощущал в душе мир и благодать. Приятное переживание. Жаль, что мы не можем именно так засыпать и спать всю ночь.

- Дорогой вы мой, - проникся я его чистым желанием, - человеку не дано быть в раю долго, находясь на земле. Мы обречены на постоянное переживание всего мира. А провидец, который способен видеть также и события будущего, должен иметь в себе силы переживать еще и его вместе с настоящим. Стресс возрастает в разы, когда он уже переживает то, что нам только когда-то, возможно, предстоит пережить в будущем. Потому следующим условием практики ИСС-технологии является обязательное психотерапевтическое сопровождение методом маскотерапии.

Когда я им описал основные эффекты и методы маскотерапии, народ зашумел еще больше, чем прежде. Банкир что-то проговорил невыразительным и тихим голосом о его внутреннем переживании, что все это довольно сложно и мало кому будет по силам. Профессор что-то комментировал соседу. Галина сидела справа от меня, и я видел, что она переживает за результат этой моей первой встречи с ее коллегами.

- А что нам это даст? – прервал всех сидящий слева крупный мужчина в затемненных очках.

- Вы имеете ввиду аутогенную тренировку, или ИСС-технологию предвидения? – спросил я в ответ. – Или маскотерапию?

- Я хотел бы завершить гештальт[14] с аутогенной тренировкой, - блеснул своими психологическими знаниями мужчина в темных очках.

- Прекрасно, что вы это сказали, - продолжил я, понимая, что в группе, таких людей, как родственник банкира, как минимум двое. Окрик профессора прервал состояние транса, что вызвало у многих дискомфорт. Одновременно с этим ввести человека в гипнотический транс повторно гораздо легче. Более того, второй раз он сможет войти в более глубокий транс.

- Да, могли бы вы сказать, что следует за состоянием чистого небесного поля? – послышался голос невыразительной седовласой женщины из дальнего конца стола.

- Когда вы добились покоя, тяжести и тепла во всем теле, а потом отрегулировали дыхание и сердцебиение, одновременно с этим, вызвав тепло в солнечном сплетении и прохладу в области лба, первая ступень аутогенной тренировка пройдена, - продолжал я рассказ. – Вторая ступень начинается с остановки потока сознания, когда вы добиваетесь во внутреннем поле сознания, при закрытых глазах, чистой небесной лазури. В это мгновение нет ощущений тела, нет движения сознания, есть только восприятие и переживание чистоты, мира и покоя. Удерживая это переживание несколько секунд, что достаточно сложно, мы, вдруг, начинает переживать движение по туннелю, который может изгибаться и поворачивать в разные стороны. Нас несет с невероятной скоростью так, что свист стоит в ушах, и холодом обвивает. Нас несет куда-то, поворачивая и кувыркая быстро и непредсказуемо…. Потом – все резко прерывается, и, словно ширма падает, открывается какая-то совершенно иная реальность. Эта реальность не управляема и непредсказуема. В последний раз я видел себя под сводом высокого храма, на строительных деревянных лесах. Храм вырублен в скале. Я обрабатываю свод бронзовым зубилом. Скальная пыль сыпется мне в лицо, попадая на зубы, и забивая дыхание. Луч солнечного света пробился внутрь отчетливой полосой, падая на ровный пол. Леса скручены веревками толщиной в палец, и я одной рукой на них опираюсь, чтобы не упасть вниз. На мне примитивное рубище бедного каменотеса. Все происходит в древнем мире, и я все это знаю сразу, и храм, и скалу, и свои ощущения.

Люди сидели молча. После небольшой паузы банкир тихо нарушил общее оцепенение.

- Извольте, Сергей Антонович, но ведь это прошлое, а нам нужно будущее. Могли бы вы нам объяснить, как я могу пробиться с помощью аутогенной тренировки в будущее?

- Образы будущего часто перемешаны с образами прошлого, - ответил я. – Образы будущего очень редки и непредсказуемы. Другими словами, никто не знает, когда мы сможем их воспринять. Но если практиковать аутогенную тренировку несколько раз в день. Например, утром в обед и вечером, или только вечером перед сном, то ваш сон будет продолжением тренировки, тем самым естественно расширяя охват времени, в котором вы находитесь в измененном состоянии сознания. Ваш шанс ловить предвестники будущего возрастают. Если же этим занята целая группа людей, которая постоянно собирает все свои переживания вероятного будущего в один банк данных, то шансы возрастают в разы.

- А как они могут выглядеть, эти существа, называемые вами предвестники будущего? – спросил банкир.

- Чтобы проиллюстрировать мой ответ, я хочу вам показать один из слайдов, на котором изображен образ сценария, ставшего мне доступным еще весной, - подхватил я вопрос банкира. – Итак, первого марта, я увидел сон, который наступил после аутогенной тренировки. Джордж Буш элегантно дирижирует рукой рядом с макетом многоэтажного дома, где вместо окон - дыры как у скворечника. В этих круглых дырах зажигаются красные огни. По мере его жестов они зажигаются все выше и выше. Все происходит на огромной затененной сцене, и люди радуются успехам дирижера Буша. Общее ликование оттого, что ему удалось поднять столб красных окошек в домике почти максимально высоко. Я слышу, что речь идет и о немецком архитекторе, который получает квартиру как премию. Были мысли об успехах политики или экономики США, благодаря творчеству немецкого архитектора.

 

Буш на сцене

Мое предвидение политики Джорджа Буша вызвало оживление среди работников финансового агентства, так как многие сразу поняли, что речь идет о прогнозе курса доллара, или о других ценных бумагах, которые, видимо, были в обороте у данного агентства.

- Анализируя символические образы сценария, мы в какой-то степени отвлекаемся от российской тематики, - продолжал я. - Вместе с этим, если учесть, что в современном глобальном мире события в странах такого масштаба как США сказываются на жизни всего мира, то можно предположить, что столь образные сценарии просто так не могут возникать в сознании россиянина. Можно смело полагать, что в этом сценарии мы видим яркий образец перспективного мышления. Здесь образно представлен один из наиболее вероятных сценариев развития экономики США на ближайший период, который даст лидеру этой страны дополнительный авторитет и на политической арене.

­­- В первую очередь, я думаю, - предположил профессор, - нам будут доступны предвидения личной жизни, и жизни наших близких родственников и друзей. Потом  круг чувствования будущего расширится до знакомых и коллег по работе. Далее – городской и региональный уровни. Потом – уровень страны и континента. Мировой уровень будет нам доступен только в заключение нашего обучения, если таковое состоится.

- Не обязательно, - отвечал я. – У нас есть материалы, подтверждающие способность мало подготовленной студентки предвидеть события будущего нашей страны. В древней Греции Пифии чаще всего отбирались из молодых женщин. Вместе с этим, в Гималаях в настоящее время оракулом может быть только монах мужчина.

- Формы обучения будут групповыми? - спросил банкир.

- Аутогенную тренировку мы будем осваивать сначала в группе, а потом индивидуально. – Первые предчувствия и предвидения могут появиться через пару месяцев. Для работы с ними необходимо будет периодически собирать группы экспертов, которые помогут нам выдвигать гипотезы на основании пойманных образов и проверять их истинность. Но этим мы займемся, когда сможем поймать хотя бы одну рыбу из будущего в океане измененных состояний сознания.

 

1.2.4. Наши страхи скрыты в определениях перспектив.

 

- Многое ли вам удалось тогда сделать с этой группой финансистов, - спросил Юрий Александрович, давно докурив свою трубку.

- Немало. Вы знаете, среди них были довольно талантливые люди. Сам банкир, будучи достаточно умным человеком, чтобы не управлять внутри занятий, регулярно их посещал, и через месяца полтора дошел до второй ступени аутогенной тренировки.

- А профессор Левский? – с улыбкой продолжал спрашивать Юрий Александрович.

- Я знаю, что вы были с ним знакомы, - продолжал я. - Он бывал реже, но именно он, наряду с Галиной, продвинулся дальше всех. С группой я работал более двух месяцев. Тот крупный мужчина в темных очках оказался достаточно продвинутым прогнозистом, и мы с ним довольно близко сошлись. Его звали Матвеев ….

За окном смеркалось. В саду промелькнула фигура. Кто-то прошел метрах в тридцати. Мы оба это заметили.

 - Воруют обрезанные ветки? – предположил Юрий Александрович. - Забора до сих пор вокруг дома нет, вот народ и думает, что сад общий.

- Пусть берут, если это так. Я вчера их обрезал. Дрова из них сейчас плохие, много дыма. Благо, что наш дом невозможно разморозить, так как в нем нет батарей с водой.

В поселке, что вокруг дома, находится бесперспективная деревня, которая всего в полусотне километров от Москвы. Мои коллеги иногда помогают местным пожилым жителям хоть как-то сводить концы с концами, а некоторым молодым людям - получить образование. Участвуют в этой благотворительности и наши зарубежные гости.

Вместе с этим, дом топится хворостом из сада и опилками из мастерской, что я организовал в соседней комнате. Дом наполовину деревянный, и почти все, что в нем есть, сделано в этой мастерской.

Россия находится до сих пор на этапе реформ. Убыль населения остановить не удается. Стоимость нефти и газа еле перекрывает его затраты по добыче и транспортировке. Власть в стране перестала быть привлекательной, и ею уже мало кто интересуется. Политический кризис привел к вакууму смыслов и инициатив. В управлении страной есть только имитации, за которыми скрываются личные интересы.

- В те годы многие в правительстве считали, что будущее в их руках, как это делали и до них в советской России, когда строили коммунизм, – сказал я. - Но будущее, оказывается, - более сложно. В нем помимо интересов и желаний членов правительства, есть как минимум желания еще и других людей. Что уж говорить о желаниях и целях систем посложнее?

- Что вы имеете ввиду? – вновь закуривая, уточнил Юрий Александрович.

- Наши страхи внутри нас. В нас живут не только миры из будущего, но и из прошлого. Они не только наша заслуга перед самими собой и своими детьми. Они нам переданы нашими предками. Они из нашего прошлого, которым еще пропитано все вокруг. Оно часть нашей культуры. Оно не только в наших душах. Оно выражено в вещах и дорогах, рощах и изгибах рек, оно вопиет из каждого дома, застыло в каждом музее, на нем до сих пор замешано наше мышление и чувствование. Наша перспектива строится на всем этом. Если не иметь мужества все это осознать, если ничего в своей жизни не создавать, и не творить нового, то мы обречены на установленные до нас перспективы.

 

Глава 3. Ради какого будущего?

 

1.3.1. Я так искал повсюду то, что оказалось во мне потом.

...

Продолжение следует

2 января 2009 года.

Москва, С.Кравченко.
 


[1] Аутогенная тренировка (АТ) (от греч. autos – сам и gennao – рождаю) - психотерапевтический метод, разработанный Й. Г. Шультцем в 1932 г. и используемый для психологической саморегуляции и для целей саморазвития. Его первый уровень составляют приемы погружения в релаксационное состояние и самовнушение, за счет которого происходит овладение навыками произвольного вызывания ощущений тепла, тяжести, покоя и расслабления, регуляции дыхания и сердцебиения. Овладение сознательным контролем над этими функциями приводит к нормализации и активизации основных психофизиологических процессов. Второй уровень АТ составляют приемы управления потоком сознания, эмоциональный фоном, воображением и восприятием времени и пространства. Контроль над этими процессами способствует переживанию спектра всевозможных измененных состояний сознания.

[2] Центр предвосхищения – независимая международная научная организация, созданная с целью развития исследований и обмена информацией в сфере предвосхищения событий. Центр создан по инициативе С.А.Кравченко и при его финансовой поддержке 1 февраля 2008 г.. С первых дней существования в Центре доминировали две главные темы: первая – человеческая способность предвидеть будущее, вторая – технологии прогнозирования социальных, экономических и политических событий.

[3] Маскотерапия – комплекс психотерапевтических методов, основным из которых является портретирование клиента. Маскотерапия создана российским психиатром Г.М.Назлояном в 80-х годах прошлого века с целью помощи людям с душевными расстройствами. Основные приемы маскотерапии перенесены С.А.Кравченко из медицинской сферы в сферу психотерапевтического консультирования.

[4] Иоа́нн Крести́тель, Иоа́нн Предте́ча  (6-2 годы до н. э. - ок. 30 года н. э.) - согласно Евангелиям, ближайший предшественник Иисуса Христа, предсказавший пришествие Мессии. До тридцати лет жил в пустыне аскетом, затем проповедовал с целью подготовить народ иудейский к принятию ожидаемого Мессии (Христа). Крестил в водах Иордана Иисуса Христа, затем был обезглавлен из-за козней иудейской царевны Саломеи. В христианстве является последним в ряду пророков - предвозвестников прихода мессии. В исламе, христианских, арабских церквях, мандеями и бахаи почитается под именем Яхья (Йахья).

[5] И цзин, Кни́га Переме́н  является наиболее ранним из известных истории китайских философских текстов. Принят конфуцианской традицией в V веке до н. э. как один из канонов конфуцианского Пятикнижия. Конфуций так оценивал значимость этого произведения: «Если бы мне удалось продлить жизнь, то я отдал бы пятьдесят лет на изучение Перемен, и тогда бы смог не совершать ошибок».

[6] Оракулы пользуются огромным уважением в Тибете. Для того чтобы быть оракулом, необходимо вести праведный образ жизни, так как божеству крайне сложно входить в «нечистое» тело. Высшим оракулам запрещено иметь семью. Традиционно оракулы играют значительную роль в государственной жизни Тибета. Слава оракула главным образом зависит от ранга и количества божеств, передающих через него свои предсказания. Главный, государственный оракул Тибета — Нейчунг. Через него говорят высший защитник Тибета и божества-хранители Далай-ламы. Обычно, перед тем как принять важное решение, Далай-лама прислушивается к пророчествам божеств, вещающим через оракула. У Далай-ламы есть на то основания: советы оракула не раз спасали ему жизнь. В культуре Тибета ни один по-настоящему важный вопрос не решается без помощи оракула. Оракулы активно участвуют в поисках перерождения высоких лам, в канун Нового года дают прогноз событий на следующий год. Все важные решения сверяются с информацией, полученной из мира невидимого. В Тибете очень ценят внимание и помощь оракулов, и поэтому сеансы прорицания почитаются тибетцами как священные.

[7] Кравченко С.А. Взаимодействие с будущим и технология предвидения. М. 2007 г. - http://skravchenko.ru/future.htm

[8] Созависимость - смешанное нарушение личности, которое носит характер заболевания, и выражается в сильной поглощенности и озабоченности, а также крайней зависимости (эмоциональной, социальной и, иногда, физической) от человека или предмета. Развитие созависимости приводит к возникновению патологического состояния, которое проявляется и в отношениях с другими людьми, а не только с тем человеком, от которого созависят.

[9] Сценическое перевоплощение - способность актера действовать на сцене в образе другого человека. Техника сценического перевоплощения зависит от голоса, пластики, дикции и темперамента актера. Различают внешнее и внутреннее перевоплощения. Внешнее перевоплощение - резкое изменение актером своей внешности, придание своему облику черт характерности, индивидуального и типичного своеобразия, помогающих характеристике сценического персонажа. Внутреннее перевоплощение - способностью актера целиком жить на сцене мыслями и чувствами своего персонажа.

[10] Анима, анимус (от лат. anima — душа и animus — дух) — понятия аналитической психологии К. Г. Юнга, посредством которых он обозначал наследуемые бессознательные, архетипические образы и формы души, представляющие женский архетип в психике мужчины (анима) и мужской архетип в психике женщины (анимус). Анима, анимус действуют в соответствии с доминантным психическим принципом женской или мужской природы и обладают личностным характером. Анима является архетипом с ярко выраженными эротически-эмоциональными проявлениями и выражает бессознательный "образ женщины", а анимус являет собой образование "рассудительного" типа и выражает бессознательный "образ мужчины".

[11] РОДЖЕРС, КАРЛ (Rogers, Carl) (1902-1987), американский психолог, психотерапевт, один из основоположников гуманистического направления в психологии, основатель недирективного, клиенто-центрированного (ориентированного на клиента) подхода.

[12] Разрыв шаблона - термин в нейро-лингвистическом программировании и идейно близких психологических теориях. Означает «зависание» человека при резком попадании из привычной ситуации в непривычную, например - при неожиданном поведении собеседника.

[13] Рефле́ксия (от позднелат. reflexio — обращение назад) — обращение субъекта на себя самого, на свое знание или на свое собственное состояние. В психологии, а также в обиходном смысле рефлексией называют всякое размышление человека, направленное на анализ самого себя (самоанализ) — собственных состояний, своих поступков и прошедших событий. При этом глубина рефлексии, самоанализа зависит от степени образованности человека, развитости морального чувства и уровня самоконтроля. Считается, что философы, писатели и политики вырабатывают у себя большую способность к рефлексии.

[14] Гештальт - (от нем. gestalt – форма, структура) — основное понятие гештальтпсихологии, выступающее в качестве единицы анализа сознания и психики, которое обозначает целостные, несводимые к сумме своих частей, образования сознания (кажущееся движение, инсайт, восприятие мелодии). Образование гештальтов обусловлено действиями законов „расчленения психологического поля‛.

 

Продолжение следует.

Москва, 2 января 2009 года.

С.А.Кравченко

реклама

реклама

© 2008-2011, Центр предвосхищения
© 2007-2011, Сергей Антонович Кравченко                Персональный сайт - http://skravchenko.ru/index.htm/             Дата последнего изменения этого узла

 Rambler's Top100

Яндекс.Метрика